Навигация

Сабхапарва СКАЗАНИЕ ОБ ИГРЕ В КОСТИ Глава 43

Вайшампаяна сказал:

Живя в том дворце собраний, о бык из рода Бхараты, Дурьйодхана вместе с Шакуни не спеша осмотрели весь дворец. В нем потомок Куру увидел дивные узоры, которые прежде он не видел в городе, носящем имя слона.1 Однажды тот царь, сын Дхритараштры, подошел к хрустальной поверхности пола посреди дворца, и, приняв ее за воду, он, смутившись рассудком, снял с себя всю одежду. С огорченной душою и охваченный ненавистью, он бродил по дворцу. Затем, приняв (ошибочно) пруд с кристально чистой водою, украшенный кристаллоподобными лотосами, за твердую поверхность, он провалился в воду в одежде. При виде его, упавшего в воду, слуги громко засмеялись и по приказанию царя (Юдхиштхиры) преподнесли ему (другие), изящные одежды. Видя его, очутившегося в таком положении, могучий Бхимасена и Арджуна и оба близнеца — все они рассмеялись тогда. (Никогда) не сносящий (обид), он не мог перенести их смех, и, скрывая чувство (стыда),2 он не мог даже взглянуть на них. И снова сбросив с себя одежду, будто собираясь переправиться через (воду), он полез на сухую поверхность (пола, сделанного из хрусталя). И тогда все люди вновь засмеялись. Затем, (подойдя к одной из) дверей, (сделанной из хрусталя), показавшейся ему открытой, он ударился об нее лбом, а другую (открытую) дверь он принял за закрытую и попятился от места той двери. Так, допустив различного рода оплошности и увидев необычайное великолепие при великом жертвоприношении Раджасуя, царь Дурьйодхана, с дозволения пандавов отправился с опечаленной душою в город, названный именем слона.

И когда царь Дурьйодхана возвратился (к себе домой), мучимый (зрелищем) богатства пандавов и изнуренный мыслями (обо всем виденном), у него зародилась дурная мысль. Увидев счастливых партхов 3 и царей, подвластных им, и всех людей вплоть до самых юных, благорасположенных к ним, о потомок Куру, а также высочайшее могущество благородных пандавов, Дурьйодхана, сын Дхритараштры, сделался бледен. И едучи с расстроенной душою, размышляя только о дворце собраний и о несравненном благосостоянии мудрого царя справедливости, рассеянный Дурьйодхана, сын Дхритараштры, ничего не отвечал сыну Субалы,4 хотя тот обращался к нему снова и снова. И видя, что он сильно расстроен, Шакуни сказал ему: «О Дурьйодхана, в чем причина, что ты едешь (домой), тяжело вздыхая?».

Дурьйодхана сказал:

Видя всю землю, подпавшую под власть Юдхиштхиры, после того как она была покорена силой оружия благородного Шветашвы,5 и увидев, как было совершено жертвоприношение Партхи,6 о дядя, словно это было совершено среди богов жертвоприношение Шакры,7 о полный величия, я проникся ревностью, сжигаемый (ею) днем и ночью, как небольшой пруд в засушливое время, при наступлении месяцев Шучи и Шукра.8 При виде Шишупалы, поверженного главарем рода Сатвата,9 не оказалось ни одного человека, который был бы на его стороне. Ибо цари, сжигаемые огнем, исходящим от пандавов, простили (им) обиду, а кто (еще) может простить ее? И великий, столь неподходящий (для нас) подвиг, совершенный Васудевой, возымел успех благодаря могуществу благородных пандавов. Ибо цари, принося с собою различные драгоценности, чтят царя — сына Кунти,10 как вайшьи, платящие дань. Видя у пандавы такое сверкающее богатство, я (точно) сгораю, попав во власть ревности, хотя и не заслуживаю этого.

Я войду в самый огонь, или приму яд, или брошусь в воду, ибо я не смогу жить. Ведь какой в мире отважный мужчина, увидев своих врагов преуспевающими, а себя самого в лишениях, может перенести (подобное)? (Поэтому) я, кто сегодня переносит (зрелище) подобного богатства, доставшегося (моим врагам), не могу считаться ни женщиной, ни не женщиной, а также ни мужчиной, ни не мужчиной. При виде их владычества над всею землею и подобного богатства, а также такого жертвоприношения кто, подобно мне, не сгорел бы в лихорадке? Один я неспособен достигнуть такого царского благосостояния, я также не вижу и помощников (для этого), — поэтому я помышляю о смерти. Увидев у сына Кунти сверкающее богатство, таким путем приобретенное, я считаю именно судьбу высочайшей, а человеческие усилия бесплодными. Прежде мною прилагались старания, чтобы уничтожить его, о сын Субалы! Но расстроив все мои (замыслы), он возрос (в отношении преуспеяния), как лотос в воде. Поэтому я считаю судьбу наивысшей, а человеческие усилия бесплодными. Ибо сыновья Дхритараштры 11 приходят в упадок, а сыновья Притхи 12 неуклонно преуспевают. Видя богатства их и такой их дворец собраний и (видя) также насмешки со стороны стражей, я сгораю (изнутри), словно от огня. Знай же, о дядя, что я сегодня глубоко опечален, и поведай Дхритараштре о ревности, овладевшей (мною).

Так гласит глава сорок третья в Сабхапарве великой Махабхараты.