Карнапарва ГЛАВА 64

Санджая сказал:

Тут диковинной красою засияло небо, заполненное сонмами божеств, нагов, асуров и сиддхов, гандхарвов, якшей и апсар, брахмических и царственных мудрецов, а также супари. На виду у людей эти диковинного облика (существа) заняли свои определенные места в поднебесье, огласив (его) хвалебными гимнами, песнями, (ритмами) танцев, музыкой и другими приятными звуками.

Исполнившись боевого восторга, воины куру и Пандавов всю землю, все пространство огласили звуком музыкальных инструментов, громом колесниц, звоном оружия и львиными* кличами и принялись дружно разить своих противников. Кишащее множествами разномастных коней, слонов и колесниц, весьма неуютное (для воинов) из-за обрушивающихся (на их тела) превосходнейших мечей, дротиков и ришти456, полное бесстрашных (героев), усеянное мертвыми телами поле битвы, окрасившись кровью, являло небывало величественное зрелище.

Когда началось это (гибельное для) носителей оружия побоище, облаченные в доспехи Завоеватель богатств и сын Адхиратхи совершенно затмили своими острыми, неуклоннно к цели летящими стрелами и стороны света, и (сражающиеся) войска, и друг друга. И тут из-за стрел наступила тьма, в которой ни твои, ни противники их ничего не могли различить; в страхе прибегли они под защиту тех двух колесничных бойцов, как рассеянные в небе лучи света (собираются при наступлении мрака) вокруг двух Гонителей тьмы. А те двое, развеивая своим оружием оружие противника, словно (сошедшиеся в схватке) западный и восточный ветры, ярко воссияли, как будто два Гонителя тьмы, взошедшие на фоне простершегося (над миром) непроглядного мрака.

Получив приказ не придавать значения наступившей тьме, и твои, и их недруги обступили кольцом тех двух великоколес-ничных бойцов, словно боги и асуры — Васаву с Шамбарой. При трубных звуках раковин, при грохоте мридангов, литавр, гонгов и боевых барабанов те двое достойнейших из мужей, издававшие львиные кличи, сияли величием, о бхарата, словно Шашанка и Сурья среди скопища туч! Каждый из двух стоял как бы в ореоле, образованном кругом (растянутого до предела) великого лука, тысячи стрел были как бы его лучами; оба ярко сияли, непереносимые (для врагов) в битве, словно два солнца при конце мирового периода, готовые испепелить всю вселенную со всем движущимся в ней и неподвижным.

Оба непобедимые, оба несущие смерть недругам, оба ищущие друг другу гибели, искусные (воины) — те два достойнейших героя, Карна и Пандава, сошлись в великой битве, словно Индра с Джамбхой! И вот, вооруженные большими луками, применяя всякое чудесное оружие, стали они, неизмеримо великие, разить людей, коней и слонов, а также друг друга превосходными, устрашающего вида стрелами. Тут, мучимые стрелами этих двух достойнейших мужей, сторонники куру и Пандавов со своими слонами, колесницами, конницей и пешими воинами зповь побежали врассыпную во всех направлениях, как (бегут) обитатели леса, охваченные страхом перед львом.

Тогда Дурьодхана, Бходжа и сын Субалы, а также Крипа с внуком Шарадвана — эти пятеро великоколесничных бойцов ударили смертоносными стрелами в Завоевателя богатств и Ачьюту. Завоеватель богатств превосходнейшими стрелами у всех них одновременно рассек луки, колчаны, знамена, колесницы, убил коней и возничих, а еще двенадцатью стрелами поразил Сына суты.

Тут налетели поспешно на Арджуну сто колесниц, сто жаждущих крови слонов и конница намеревающихся погубить его шаков, тукхаров и яванов вместе с храбрейшими из Камбоджей. Завоеватель богатств, стремительно сокрушив (мощью) своих рук и бритвообразными стрелами превосходнейшее оружие у них в руках, (отсекши) головы, (поразив) слонов, коней и колесницы сражавшихся (с ним воинов), истребил (всю) эту вражескую рать. Тут из поднебесья (раздались) звуки божественных труб и возгласы: «Прекрасно!», издаваемые ликующими (богами), а также пали (на землю) благостные, колеблемые ветерком, красивые и ароматные, великолепные цветочные дожди.

Видя это чудо, свершившееся на глазах богов и людей, все существа преисполнились изумления, о царь! Только твой сын и Сын суты, оба не отступающие от раз принятого решения, не испытали при этом ни изумления, ни тревоги. А сын Драны, крепко взяв сына твоего за руку, обратился к нему с таким увещеванием: «Укроти свой дух, Дурьодхана, заключи мир с Пандавами! Довольно раздоров! Стыдно ссориться! Наставник, знаток чудесного оружия, подобие самого Брахмы, убит, как и другие мужи-быки во главе с Бхтшшой! Я сам и мой дядя по матери (живы лишь потому, что) неуязвимы! Лучше долгие годы правь ты этим царством совместно с Пандавами!

Завоеватель богатств остановится, если я удержу его; Джанардава тоже не желает (продолжения) раздора; Юдхипь тхира всегда печется о благе всего живого, а Врикодара и Близнецы во всем ему повинуются! Если ты и Партхи (договоритесь) между собой, то все существа, по воле твоей, обретут благо! Пусть уцелевшие цари вернутся в свои столицы! Да удержатся войска от враждебных действий!

Но если ты, о владыка людей, этим словам моим не внемлешь, то неминуемо, сраженный недругами в битве, горько в этом раскаешься! На виду у тебя и всего мира Увенчанный диадемой в одиночку свершил такое, чего не смог бы ни Губитель Балы, ни Антака, ни Прачетас, ни великий царь якшей!

Но Завоеватель богатств обладает и много большими достоинствами! Он исполнит все, что я ему скажу, и будет во всем слушаться тебя!

Так смирись же, о царь, ради покоя всей вселенной! Ты всегда удостаивал меня высоких почестей, и я говорю из чувства большой дружбы к тебе: если только ты соизволишь выказать дружелюбие, я тотчас же остановлю Карну! Люди умудренные говорят, что друга либо имеешь от природы, либо завоевываешь дружеским обращением, либо подкупаешь богатством, либо подчиняешь себе своим могуществом — вот четыре возможных способа, и всеми ими ты в силах расположить к себе Пандавов!

От природы они — твои близкие, о герой; упрочь же это еще и дружеским к ним отношением. Если они, видя, что ты успокоился, возобновят дружбу с тобою, то ты, о Индра земных Индр, непременно ответь им тем же!».

Выслушав из уст друга эти слова благого совета, он, поразмыслив, в глубокой тоске, тяжко вздыхая, отвечал: «Все так, как ты говоришь, мой почтенный друг; но послушай теперь, что я тебе скажу. Много такого, что до сих пор живо у меня в сердце, наговорил этот злодей Врикодара в миг, когда, словно тигр, сразил он Духшасану.

Ведь ты и сам был при этом; так как же (после этого) возможен мир! И ты не смеешь, о неколебимый, сын (нашего) наставника, сказать теперь Карне: «Воздержись от битвы!». Пхальгуна уже сильно утомлен сегодня, и Карна благодаря своей мощи непременно сразит его!».

Неоднократно повторив это сыну Дроны, дабы убедить его, сын твой затем повелел своим войскам: «Вперед! Разите этих недругов! Вот шумят их стрелы; так что же вы сами столь тихи?»

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» шестьдесят четвертая глава.