Карнапарва ГЛАВА 38

Санджая сказал:

Критаварман и Крипа, сын Дроны и Сын суты, Улука и сын Субалы, а также царь (Дурьодхана) вместе с родными братьями, увидев, что воины пали духом, терзаемые страхом перед сыном Панду, устремились к ним на помощь, о досточтимый, словно к лодке, разваливающейся в океане. И словно в мгновение, о бхарата, разгорелась тогда битва, порождающая в робких трепет и умножающая радость отважных. Потоки стрел, выпущенных Крипой, словно стаи саранчи рассеяли в бою сринджаи. Разъяренный Шикхандин стремительно приблизился к Гаутаме и с разных сторон принялся

обрушивать на того брахмана потоки стрел, но Крипа, великий знаток оружия, отразил эту лавину и яростно поразил Шикхандина в бою десятью стрелами. Тогда гневный Шикхандин мощно ударил по Крипе в сражении семью меткими стрелами с оперением цапли.

Но Крипа, лучший из дваждырожденных, великий колесничный воин, тяжко раненный острыми стрелами, сумел лишить Паршату коней, колесницы и колесничего. Великий колесничный воин, кони которого были убиты, соскочил с колесницы и, схватив меч и щит, стремительно подступил к брахману, но тот внезапно обрушил на нападающего (героя) гладкие в сочленениях стрелы, и это было похоже на чудо. Тот удивительный (ливень стрел), который мы наблюдали, о царь, напоминал каменную лавину, но Шикхандин оставался недвижим.

Увидев, что Крипа накрыл Шикхандина (стрелами), к Крипе стал быстро приближаться великий колесничный воин Дхриштадьюмна, о лучший из царей! Но Дхриштадьюмну, который ринулся было к колеснице Шарадваты, стремительно настиг великий колесничный воин Критаварман. Юдхиштхиру же, тоже двинувшегося к колеснпце Шарадваты вместе с войском и сыновьями, остановил сын Дроны. Быстрых (воинов) Накулу и Сахадеву, великих колесничных бойцов, задержал ивой сын, преградив им путь потоками стрел, а Карна Вайкартана, о бхарата, встал в бою на пути Бхимасены, карушей и кекаев вместе со сринджаями. Тогда Крипа-Шарадвата, о достойный, стремительно осыпал Шикхаидина своими стрелами, словно намереваясь испепелить его, но тот, вновь и вновь воздевая свой меч, рассекал на части эти летящие с разных сторон стрелы, отделанные золотом.

Тут Гаутама под громкие крики воинов быстро разнес стрелами столунный щи г Паршаты. Лишенпый щита и оттого беззащитный перед Крипой, с мечом в руке он ринулся вперед, о великий царь, словно недужный в пасть смерти. Но тут Сукету, сын Читракету, о царь, поспешил (на помощь) к изнемогающему (от ран) многосильному (воину), одолеваемому стрелами Шарадваты. Непомерно великий душою, осыпая в бою брахмана множеством острых стрел, он напал на колесницу Гаутамы. А Шикхандин, о лучший из парей, видя, что брахман (Крипа), устоять против которого невозможно, вершит в бою обет (кшатрия), поспешил отступить.

Сукету, о царь, настиг Гаутаму девятью стрелами, а затем поразил его еще семьюдесятью тремя. Потом, о досточтимый, он рассек его лук вместе со стрелами и тяжко ранил стрелою в грудь его колесничего. Но разъяренный Гаутама, взяв новый крепкий лук, тридцатью стрелами ранил Сукету во все наиболее уязвимые места.

Содрогаясь всем телом, тот покачнулся в лучшей из колесниц, подобно тому как качается, бурно трепеща, дерево при землетрясении, а (Крипа) Стрелою-«подковой» снес с его трепетавшего тела голову со сверкающими серьгами, тюрбаном и шлемом. Голова (воина) упала на землю, точно (кусок) мяса, схваченного (и выпущенного) ястребом, а затем и само туловище плашмя рухнуло наземь. Когда (Сукету) был повержен, о великий царь, его соратники пришли в смятение и, бросив Гаутаму на поле брани, разбежались на (все) десять сторон. Тогда многосильный Критаварман преградил путь Дхриштадьюмне, крикнув Паршате: «Стой! Остановись!» И между Вришнийцем и Паршатой завязалась, о царь, шумная битва, как между двумя ястребами, рвущимися к (куску) мяса.

Дхриштадьюмна яростно поразил сына Хридики в грудь девятью стрелами, причинив ему (тяжкие) страдания. Но Критаварман, тяжко раненный в битве Паршаюй, осыпал стрелами и самого Паршату и его колесницу с конями, так что Дхриштадьюмны вместе с его колесницей, о царь, стало не видно из-за укрывших их (стрел), точно солнца, затянутого облаками во время дождей. Меж тем Дхриштадьюмна, покрытый ранами, принялся рассеивать скопища (вражеских) стрел своими отделанными золотом стрелами, ярко блистая, о царь, на поле брани.

Затем предводитель воинства Паршата в ярости обрушил на Критавармана ужасающий ливень оружия, но сын Хридики многими тысячами стрел смял в битве этот непрерывно обрушивающийся стремительный поток. Увидев, что неодолимая лавина его оружия сметена в бою, Паршата приблизился вплотную к Критаварману и встал у него на пути. Заостренной по краям бхаллой он мгновенно отправил его колесничего в обиталище Ямы, и тот замертво рухнул с колесницы. Тогда могучий Дхриштадьюмна, одолев в бою недруга, великого колесничного воина, принялся стремительно осаждать стрелами кауравов. Твои воины с львиным рыком бросились на Дхриштадьюмну, и вновь закипела битва.

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» тридцать восьмая глава.