Карнапарва ГЛАВА 33

Санджая сказал:

Врезавшись в ряды того войска, Карна в окружении тысяч колесниц, слонов, пеших и конных воинов устремился на Царя справедливости. Сокрушив сотнями грозных стрел тысячи стрел и копий, посланных в него врагами, Вриша бесстрашно двинулся сквозь их (ряды). Повсюду одним врагам он отсекал головы, руки, ноги, и они замертво падали наземь, а другие, дрогнув, обращались в бегство.

Снова и снова воодушевляемые Сатьяки пешие воины — дравиды, андхры и нишады, горя желанием убить (врага), разили в битве Карну. Но, пронзенные стрелами Карны, все они, с отрубленными руками и сбитыми с голов шлемами, падали разом на землю, будто срубленный лес деревьев шала.

Вот так сотни, тысячи и десятки тысяч воинов, сраженные, обрушивались телами на землю, наполняя зато все пространство мира своею славой. Пандавы и панчалы пытались совладать с Карной Вайкартаной, яростным в битве, словно сам Яма, точно так же, как люди борются с болезнью посредством магических заклинаний и лекарственных трав. Но он сокрушил их всех и вновь обрушился на Юдхиштхиру, как неизлечимая болезнь, неподвластная ни заклинаниям, ни снадобьям, ни исцелительным обрядам.

Тут снова преградили ему путь жаждущие (спасти своего) царя Пандавы, панчалы и кекаи; и (на этот раз) он не смог прорвать их (строй), как Смерть бывает бессильна перед людьми, познавшими Брахман. И Юдхиштхира, губитель неприятельских героев, глаза которого налились кровью от гнева, молвил тогда Карне, уже близко подошедшему к нему, но остановленному:

«Эй, Карна, эй, Сын суты, превратно все видящий! Слушай меня! Вечно соперничаешь ты на поле битвы со славным Пхальгуной! Вечно послушен воле сынов Дхритараштры, ты борешься с нами! Запасись великим мужеством и яви нам здесь сегодня всю свою силу, всю отвагу, весь пыл твоей ненависти к Пандавам! Я же в великой битве навсегда сокрушу твою обычную уверенность в победе!».

Сказав Карне такие слова, сын Панду поразил его, о великий царь, десятью острыми, железными, златооперенными стрелами. А утеснитель недругов, Сын суты, искусный лучник, усмехнувшись, послал в него ответно девять стрел с наконечниками «телячий зуб», о бхарата! Затем двумя «бритвообраз-ными» стрелами и еще другими, сглаженными в сочленениях, он сразил насмерть двух панчалов, «стражей колес» при колеснице великого духом Юдхиштхиры, мужей великой отваги, которые, охраняя с боков Царя справедливости и стоя по сторонам его колесницы, сияли красой, словно две звезды созвездия Пунарвасу в соседстве с Месяцем.

Тут Юдхиштхира вновь поразил Карну тридцатью стрелами, а еще по три на каждого пустил в Сушену и Сатьясену. Шалью ранил он девятьюдесятью стрелами, Сына суты — семьюдесятью тремя, а тех его «стражей (колес)» пронзил тремя неуклонно по прямой летящими стрелами каждого.

Тогда сын Адхиратхи, усмехаясь и потрясая своим луком, рассек тело царя широколезвийной стрелой, затем поразил его еще шестью стрелами и издал радостный крик. Тут храбрейшие из сынов Панду, стремясь спасти своего царя от Сына суты, поспешили к Юдхиштхире и осыпали Карну своими стрелами. Сатьяки и Чекитана, Юютсу и царь пандьев, Дхриштадьюмна и Шикхандин, сыновья Драупади и прабхадраки, оба Близнеца с Бхимасеной, а также сын Шишупалы, каруши, оставшиеся в живых матсьи, кекаи, кашийцы и косалы — все эти герои принялись поспешно отражать натиск Васушены. Джанамеджая-панчалиец поразил Карну стрелами простыми и железными, острыми и имеющими наконечники «ухо вепря», «телячий зуб», «бритва», «клюв чатаки», а также стрелами на-лика и большими стрелами випатха. Потрясая всевозможным грозным оружием, колесничие, воины на слонах и всадники бросились на Карну и окружили его кольцом, чтобы убить.

Теснимый со всех сторон отважнейшими из Пандавов, он привел тогда в действие «оружие Брахмы» и тотчас заполнил стрелами все пространство. Затем Карна-огонь, своей доблестью-жаром и стрелами-языками сожигая Пандавов как лес, стал искусно маневрировать своей колесницей по полю битвы. С помощью этого великого оружия непревзойденный лучник, посмеиваясь, рассек своими стрелами лук великого духом Индры людей.

Наконец, выпустив во мгновение ока девяносто острых и выровненных в сочленениях стрел, Карна средь битвы пронзил ими доспех царя. И этот сияющий, златоизукрашенный доспех соскользнул тогда с (тела царя), сияя великолепием, как ускользает прочь от солнца гонимая ветром туча с заключенной в ней молнией. А тело того земного Индры, изукрашенное дивными драгоценностями, явилось взорам, когда спал с него доспех, прекрасным словно безоблачное (звездное) ночное небо.

Истекающий кровью Партха, которого стрелы врага лишили доспеха, преисполнился гневом и метнул в сына Адхиратхи цельножелезное копье. Но пока оно, пылая, как казалось, проносилось в поднебесье, (Карна) разбил его семью стрелами, и пало оно на землю, сокрушенное стрелами того искусного лучника. Тут Юдхиштхира поразил Карну четырьмя дротиками в обе руки, чело, грудь и издал радостный крик. Карна, из ран которого брызнула кровь, пришел в ярость и задышал как (разгневанный) змей. Широколезвийной стрелой снес он знамя Пандавы, а тремя другими поразил его самого,

рассек ему оба колчана и расколол в щепы колесницу. И вот Партха, возничий которого Паршти был уже убит (ранее), обратился в бегство, ибо он пал духом и не в силах был более лицом к лицу противостоять Карне.

Догнал его Радхея, коснулся рукой его плеча и с усмешкой презрительно сказал Пандаве: «Как может отпрыск знатного рода, воспитанный в преданности дхарме кшатриев, бежать на поле брани от врагов, дрожа за свою жизнь! Несведущ ты, я вижу, в том, что предписывает кшатрию его долг! Скорее, ты силен в том, что составляет силу брахманов, твой долг — изучение Вед и отправление жертвоприношений! Никогда

впредь не берись за оружие, Каунтея, не вступай в бой с отважными воинами, не говори им дерзких слов, не являйся на поля великих битв!».

Сказав Партхе такие слова, могучий (Карна) отпустил его с миром и принялся крушить войско Пандавов, будто Держащий ваджру — рать асуров. А владыка народа, терзаясь стыдом, поспешно пустился в бегство, о царь! Увидев, что тот неколебимый царь бежит, последовали за ним чедийцы, Пандавы и панчалы, великоколесничный боец Сатьяки, отважные сыновья Драупади и оба сына Панду от Мадри. Когда воинство Юдхиштхиры показало тыл, Карна, сопровождаемый отважными куру, бросился преследовать его по пятам. Радостные львиные кличи сынов Дхритараштры смешивались со звуками раковин и барабанов, звоном тетив, пением стрел. А Юдхиштхира, о великий царь, поспешно взойдя на колесницу Шру-такирти, оттуда взирал на доблестные деяния Карны, о кау-равья! Видя войско свое теснимым, Юдхиштхира, Царь справедливости, в гневе тысячу раз подряд прокричал тем воинам: «Убейте его!».

Тогда, повинуясь велению царя, великоколесничные бойцы из числа Пандавов, возглавляемые Бхимасеной, дружно повернули назад и ударили на твоих сыновей. От раздававшегося повсюду крика воинов, рева слонов, ржания коней, стука колесниц, топота пеших и звона оружия поднялся тут оглушительный шум, о бхарата! «Воспряньте! Разите! Вперед! На врага!» — с этими криками воины принялись разить друг друга на поле боя. Словно туча затмили небо потоки стрел, которые те достойнейшие мужи выпустили друг в друга.

Лишившись в битве своих флажков, знамен и зонтов, коней, возничих и оружия, с отсеченными головами и конечностями, покрытые ранами цари замертво падали на землю. Великолепные слоны, подобные (благодаря башенкам на спинах) прекрасным вершинам гор, падали, сраженные, вместе со своими ездоками, словно сокрушенные ваджрой горы. Кони, чьи Доспехи были пробиты, украшения изломаны, тела изувечены, вместе со своими сраженными отважными всадниками тысячами падали наземь. Со сломанным оружием, пронзенными телами, уничтожаемые слонами, конями, колесницами и отважными бойцами неприятеля, тысячами ложились замертво наземь отряды пеших воинов. Головы опьяняющихся битвой героев, с широко раскрытыми медно-красными очами, о нежными лотосовыми лицами устлали собой всю землю.

И тогда услышали люди разлившийся в бескрайнем небе звук — то был звук пения и музыки, шум хода небесных колесниц и полета сонмов апсар. Тысячами возведя на свои колесницы убитых, иссеченных, павших лицом к сразившему их врагу героев, те сонмы апсар удалились (затем на небо).

Увидев воочию столь великое чудо и воспылав желанием достигнуть небес, герои с ликованием стремительно бросились друг на друга. И (сначала) в той битве — о диво! — (все) сражались (по правилам): колесничие — с колесничими, пешие — с пешими, слоны — со слонами, всадники — со всадниками. Но когда разгорелось то сражение, гибельное для людей, коней и слонов, когда пыль скрыла все войско, то и наши, и враги начали разить (даже) своих. То была битва, в которой таскали друг друга за волосы, кусали зубами, рвали ногтями: кулачная, рукопашная схватка, несущая избавление от тела и грехов. В том гибельном для людей, коней и слонов сражении из человеческих, конских, слоновьих тел изливался обильный поток крови, который (затем подхватывал) и уносил простертые на земле человеческие, конские, слоновьи тела.

Протекая через столпотворение людей, коней и слонов, та ужасная, приводящая видом своим в трепет робких, несшая в себе вместо воды и ила только конскую, слоновью и человеческую кровь река уносила с собой безжизненные тела людей и животных. Жаждущие победы воины переправлялись через нее на другой берег, кто —вброд, а кто —вплавь; одни из них выплывали, другие — тонули. Кровью были покрыты их тела, кровью запятнаны доспехи, оружие и одежды; одни окунались в ту реку, другие пили из нее кровь, третьи лишались чувств (при виде ее), о бык-бхарата! Колесницы, кони, люди, слоны, оружие к украшения, одежды, доспехи, воины, убиваемые или уже убитые, земля, небо, поднебесье, стороны света —все окрасилось кровью! Запах той крови, ощущение ее на коже, ее вкус, небывалый вид и журчание ее в потоке привели почти все войско в превеликое смятение, о бхарата!

Тут на это уже разбитое и расстроенное войско твое снова обрушились на колесницах герои во главе с Бхимасеной и Сатьяки. И могучее войско твоих сыновей, не в силах выдержать стремительного натиска тех великих духом героев, обратилось в бегство, о царь! Та рать, в коей было множество людей и коней, пришла в беспорядок: смешались кони, слоны и колесницы, попадали наземь щиты и доспехи, вывалились из рук мечи и луки; и, обезумев от страха, войско твое побежало во всех направлениях, словно стадо слонов в лесной чаще, когда нападают на него львы.

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» тридцать третья глава.