Карнапарва ГЛАВА 21

Санджая сказал:

Под предводительством Карны (сыновья) твои, опьяняемые битвой, вернулись и возобновили сражение, подобное схватке богов с асурами.

Радостно возбужденные звуками раковин, (ржанием) коней, (криками) воинов, (грохотом) колесниц и (ревом) слонов, конные, пешие, воины на слонах и колесницах устремились вперед на (врагов) и осыпали (их) ударами всевозможного оружия. В той великой битве достойнейшие мужи стрелами, боевыми топорами, копьями паттиша, всяческим оружием, а также своими ездовыми животными сокрушали людей, коней, колесницы и слонов. Дивный вид являла земля, которую устилали красой подобные лотосу, солнцу и луне, белозубые, с прекрасными лицами, носами и очами, украшенные чудесными серьгами и диадемами головы героев.

Тысячи людей, коней и слонов бежали, теснимые (ударами) сотен булав, дубин, копий, дротиков, «когтей», бхупгунди и палиц; и текли там широкие потоки крови. То многочисленное, ужасное видом, жестоко израненное воинство, в котором воины на слонах и колесницах, конные и пешие — все были сражены, что уподобилось царству Владыки питаров в час гибели всего живого.

Затем, о бог среди людей, все твое войско и сыновья твои, быки в роде Куру, прекрасные, как сыновья богов, шествуя впереди несметной рати, устремились в битве на сына Шини. Чудесный вид являло то войско, блещущее и грозное, состоящее из множества доблестных мужей, коней, колесниц и слонов, ревущее словно вздыбленные соленые воды (океана), подобное рати богов или асуров.

И вот в битве равный доблестью владыке небожителей, подобный младшему брату достойнейшего из Тридесяти сын Солнца осыпал отважнейшего (воина) в роде Шини стрелами, схожими с солнечными лучами. Но бык из рода Шини тотчас и сам окутал средь битвы того достойнейшего мужа вместе с колесницею его, конями и возничим тучею всевозможных стрел, жгучих, будто змеиный яд.

Тогда друзья твои, велнкоколесничные бойцы, в сопровождении слонов, колесниц, пеших воинов и всадников спешно устремились на выручку к быку среди колесничных бойцов, Васушене, который был изранен стрелами быка из рода Шини. Но на это подобное океану войско, (ранее) уже стремительно атакованное другими, напал могучий (воитель), друг сына Друпады; и учинил он превеликую бойню людям, слонам, коням и колесницам.

И тут, совершив прежде ежедневные обряды и поклонившись по всем правилам владыке Бхаве, ударили на бегущее войско твое два достойнейших мужа — утвердившиеся в решимости истребить врагов Арджуна и Кешава. С замиранием сердца наблюдали тогда враги, как приближается везомая белыми конями, грохочущая будто грозовая туча колесница с развеваемыми ветром знаменем и флагами.

Зазвенев тетивой Гандивы и словно бы приплясывая (на колеснице), Арджуна средь битвы заполнил стрелами своими небо, а также все главные и промежуточные стороны света. И сокрушил он стрелами подобные виманам, снабженные знаменами, вооружением и различными устройствами колесницы вместе с их возничими, подобно тому как ветер, (сокрушает) облака. Слонов с погонщиками, с «победными стягами», вооружением и знаменами, коней со всадниками и пеших воинов — всех отослал он стрелами своими в обиталище Ямы.

Против этого необоримого, подобного разгневанному Ан-таке великоколесничного бойца один на один выехал Дурьод-хана, разя его всяческого рода стрелами. Арджуна, семью стрелами поразив его лук, возницу, знамя и коней, затем еще одной стрелою срубил его зонт". Взял он также девятую, превосходнейшую, насмерть разящую стрелу и пустил ее в Дурьодхану; но ее расщепил на семь кусков сын Дроны. Тогда, разбив лук сына Дроны и поразив стрелами его превосходных коней, Пандава разрубил затем также и грозный лук Крипы. Он разбил лук сына Хридики и поверг также его знамя и коня; расщепив превосходнейшую стрелу Духшасаны, он напал затем на сына Радхи (Карну). Тогда, оставив Сатьяки, Карна поспешно поразил тремя стрелами Арджуну, двадцатью — Кришну и снова тремя — Партху.

Тут и Сатьяки приблизился и поразил Карну девяносто девятью грозными, острыми стрелами, а затем ранил еще сотней. И за ним все храбрейшие мужи из войска сынов Панду принялись дружно разить Карну. Юдхаманью и Шикхандин, сыновья Драупади и прабхадраки, Уттамауджас и Юютсу, Близнецы и Паршата, воинство Чеди, Каруши, матсьев и ке-каев, могучий Чекитана и верный обетам Царь справедливости — все они, сопровождаемые грозными своею доблестью пехотой, конницей и войском слонов, единые в своем желании убить Карну, выкрикивая угрозы, окружили его средь битвы и осыпали ударами всевозможного оружия.

Но Карна, снова и снова разбивая тот ливень различного оружия острыми стрелами, смял их всех, как ветер крушит деревья. На виду у всех разъяренный Карна уничтожил и колесничных бойцов, и слонов с погонщиками, и коней со всадниками, и тучи (неприятельских) стрел. И почти все воины Пандавов, жестоко израненные, растерявшие оружие, сокрушаемые пламенной мощью оружия Карны, обратились в бегство.

Тогда Арджуна отразил оружие Карны своим и заполнил небо, землю и все пространство ливнями стрел. Те стрелы обрушивались на (врагов), словно железные булавы, дубины, шатагхни, грозные ваджры и другое подобное оружие. Язвимые этими (стрелами), все бывшие в том войске воины, пешие и конные, на слонах и колесницах, зажмурив глаза (от страха), метались по всему полю в крайнем смятении. Одни воины, конные, пешие и на слонах, принимали тот гибельный для них бой и (падали), сраженные стрелами, а другие в страхе бежали.

В то время как они, распаленные жаждой победы, увлечены были боем, Солнце достигло Горы Заката и скрылось. Из-за сумрака, о великий царь, а особенно из-за пыли мы ничего не могли более разглядеть: ни доброго, ни недоброго. Славные лучники, убоявшись ночной битвы, дружно отступил, унося (в колчанах невыпущенные) стрелы, о бхарата! Когда на закате дня кауравы ушли с поля, Партхи, о царь, радуясь доставшейся им победе, вернулись в свой лагерь. Многообразными звуками музыкальных инструментов, львиными кличами, движениями танца они выражали презрение врагам и воздавали хвалу Ачьюте с Арджуной.

После того как герои отвели свою рать (в лагерь), все войско и цари — владыки людей изрекли благословения Пандавам. Произведя отход и войдя в лагерь, те владыки людей, куру Пандавы, довольные, расположились на ночлег. Тогда сонмы якшей, ракшасов, пишачей и хищных зверей сошлись на то грозное поле битвы, подобное месту игрищ Рудры.

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» двадцать первая глава.