Карна Парва ГЛАВА 14

Санджая сказал:

Как планета Ангарака (несет гибель), совершая круг по своей кривой, выгнутой орбите, так Арджуна, вернувшись опять к Связанным клятвою, истребил многих из их числа. Пораженные стрелами Партхи, о царь, люди, кони, колесницы и слоны шатались, метались в беспорядке, ревели и грохотали, падали и гибли, о почтенный! Сокрушая могучих, способных везти огромный груз (коней), колесницы и возничих, Пандава широколезвийными, бритвообразными, полумесяцевидными и оснащенными наконечниками «телячий зуб» стрелами отсекал руки с золотым в них оружием и срубал во множестве головы противостоящих ему в битве неприятельских героев. Как быки, рвущиеся сразиться с другим быком из-за телки, сотнями и тысячами устремились храбрецы на Арджуну.

И была у него с ними повергающая в трепет битва, как у Владетеля ваджры с дайтьями при завоевании тройственной вселенной. Тремя стрелами, что были подобны ядовитым змеям, поразил Арджуну Уграюддха; но тут Арджуна отсек ему голову от тела. Со всех сторон, разъяренные, дождили враги многообразным оружием на Арджуну, как теснимые ветрами облака в пору летнего зноя дождят на Химаван. Однако он, отразив со всех сторон своим оружием оружие недругов, затем метко пущенными стрелами перебил всю их огромную рать. В один миг Арджуна стрелами своими разрубил (их колесницам) тривену, задки и дышла, сразил их возничих и охранителей тыла, рассек поводья, крепления ярм, сами ярма, оси и днища, погубил все их снаряжение. Те сокрушенные им во множестве великолепнейшие колесницы похожи были на дома богачей, разрушенные пламенем, водой и ветром.

Слоны, пораженные в средоточия жизни стрелами, подобными ваджре и ашани, падали, словно дома, стоящие на вершине горы, когда их сокрушают ваджра молния, ветер и пламя. Кони вместе со всадниками, являя ужасное зрелище, залитые кровью, с отсеченными языками и вывалившимися внутренностями, теряя силы, во множестве падали наземь под ударами Арджуны. Кони, слоны и люди, пронизанные железными стрелами Савьясачина, метались в смятении, сталкивались друг с другом, кричали, падали и погибали, о почтенный! Острейшими, заточенными на камне, (губительными), как ваджра и ашани или змеиный яд, стрелами разил Партха врагов, словно Махендра — данавов. Носящие дорогие доспехи и украшения, многообразные одежды и всякого рода оружие отважные воины с колесницами их и знаменами лежали (замертво), сраженные Партхой. Вершители благочестивых подвигов, славящиеся происхождением из знатнейших родов, будучи побеждены, оставляли тела свои на земле, а сами, в награду за свои высокие деяния, отправлялись прямо на небо.

Тогда бывшие в твоем войске отважные мужи, правители различных стран, преисполнившись гнева, дружно устремились со своими отрядами на колесницу Арджуны. Едущие на конях и в колесницах, а также пешие воины, горя желанием умертвить (врага), стремительно напали на него, поспешно бросая всевозможное (метательное) оружие. Но Арджуна ветер своими острыми стрелами в один миг развеял тот великий ливень оружия, изливаемый воинами-облаками.

И вот к Партхе, который, используя меч и стрелы как мост, намеревался силой переправиться через непреодолимый вплавь поток колесниц, слонов, пехотинцев и конницы, обратился Ва-судева: «О Партха, не полно ли тебе тешиться этой игрою? Сокруши этих Связанных клятвою и спеши скорей убить Карну, о безупречный!».

«Да будет так!» — ответил Арджуна и затем, изо всех сил стремительно ударив на оставшихся в живых Связанных клятвою, принялся их разить своим оружием, словно Индра — дайтьев. И никто не мог разглядеть, когда Арджуна в той битве брал стрелы и возлагал на тетиву; не видно было даже, когда он стремительно пускал те стрелы в цель. «О чудо!»—восклицал Говинда, погоняя коней. Как лебеди ныряют разом в озеро, так те окрыленные белыми лебедиными перьями стрелы пронизали вражеское войско.

И, созерцая поле битвы в то время как шло это великое побоище, молвил Говинда Савьясачину: «Вот, о Партха, свершается по вине Дурьодханы великое, грозное истребление рода бхаратов и царей всей земли! Погляди, о бхарата, на эти, брошенные где попало, изукрашенные с внутренней стороны золотом луки, и пояса, и колчаны, принадлежавшие прославленным стрелкам! На эти гладкие и прямые стрелы с золотым оперением, на эти железные, омоченные в масле стрелы, подобные змеям, сбросившим свою кожу! На изукрашенные золотом мечи с рукоятками из слоновой кости, на разбросанные по земле дротики и златоизукрашенные великолепные луки!

На соскользнувшие с тел позолоченные доспехи, о бхарата, на изукрашенные золотом легкие пики, на позлащенные копья! На толстые, обложенные золотыми пластинками палицы, на золоченые обоюдоострые мечи, па златоизукрашенные копья паттиша! На рассеянные повсюду секиры со златоблещущими древками, на разбросанное железное (оружие) с остриями, подобными листьям куша76, на тяжелые боевые дубины! Погляди па прекрасные шатагхни и на толстые железные брусы, на брошенные в беспорядке среди бранного поля бесчисленные метательные диски и боевые молоты!

Отважные мужи, в жажде победы стиснувшие в руках многообразное оружие, хоть и мертвые, все еще кажутся живыми! Погляди, вот тысячи этих воинов, чьи кони, слоны и колесницы сокрушены, чьи тела раздроблены палицами, чьи головы размозжены дубинами! Все поле битвы усеяно безжизненными, залитыми потоками крови телами людей, коней и слонов, во множестве сраженных стрелами, копьями, пиками, дротиками, мечами, копьями паттиша, легкими копьями с зазубринами, кривыми ножами и палицами, о губитель недругов!

Куда ни глянь, всюду рассеяны по земле умащенные сандалом, с браслетами ангада и кейюра на предплечьях, с другими дивными украшениями и с кожаными ремнями на ладонях руки (павших героев), о бхарата! Сияет красой земля, по коей разбросаны отрубленные, богато украшенные кисти рук с защитными наперстками на пальцах и подобные слоновьим хоботам отсеченные бедра, а также украшенные серьгами и самоцветом на темени отрубленные головы отважных волооких героев! Величествен вид земли, по которой, словно костры, чье пламя затухает, разбросаны, о достойнейший бхарата, окровавленные безглавые тела с перерубленными конечностями и шеями!

Погляди на эти изломанные, различных видов великолепные колесницы, увешанные золотыми бубенцами, на множество залитых кровью коней! На разбросанные повсюду белые славные раковины воителей, на покоящихся на земле гороподобных слонов с вывалившимися языками! На их великолепные «победные» стяги, на сраженных воинов-наездников, на яркие слоновьи попоны, сшитые из умело подобранных кусков различных тканей! На изорванные в клочья, прекрасные, разнообразные (по рисунку и расцветке) ковры (на слоновьих спинах) и на многочисленные колокольцы, изломанные и раздавленные слонами при падении! На эти оброненные на землю анкуши, древки которых выложены драгоценным камнем вайтурья, на эти златоизукрашеппые плети, которые всадники привязывают к верхушкам своих знамен!

Погляди на эти многоцветные, изукрашенные золотом и драгоценными камнями конские попоны, покрывала и коврики из оленьей шерсти, упавшие на землю! На самоцветы, (прежде покоившиеся) на темени земных владык, на многообразные золотые венцы, на разбросанные повсюду зонты, веера и опахала из ячьих хвостов! Погляди: вся земля покрыта кровавой слякотью п усеяна ликами героев в богатом убранстве, с изящно подстриженными бородами, с прекрасными серьгами в ушах; ликами, что сиянием подобны месяцу и созвездиям!

Взгляни на этих мужей, еще живых, повсюду стенающих; s многочисленные родичи дружно хлопочут над ними и неумолчно рыдают; а те отважные герои, осыпав (стрелами) дерзко приблизившихся неприятельских воинов, исполненные гнева, горящие жаждой победы, вновь возвращаются в битву, о владыка народа! Другие гордые воины мечутся взад и вперед (по полю битвы), чтобы исполнить просьбу своих отважных раненых родичей о глотке воды; одни герои, уйдя за водой, сами гибнут во множестве, а другие, вернувшись (с водой), видят тех (своих родичей) уже мертвыми, о Арджуна!

Увидев воду, (раненые) устремляются к ней, крича друг на друга; гляди: одни умирают, напившись воды, другие — пока пьют ее, о бхарата! Взгляни, о возлюбленный родичами: есть и такие, что, бросив возлюбленных своих на произвол судьбы, бегут по полю битвы во всех направлениях! Гляди, достойнейший из людей: другие, то и дело закусывая губы, с лицами, искаженными гримасой гнева, озираются по сторонам! Тот подвиг, что ты совершил в этой великой битве, Арджуна, — деяние, достойное и тебя, и самого царя богов в небесах!»

Так описал Кришна Увенчанному диадемой вид поля битвы. Уже на пути (в лагерь) услышал он громкий шум, поднявшийся в войске Дурьодханы. В том шуме смешались грохот колесниц, ржание коней, рев слонов и грозный звон оружия с громом литавр, барабанов дундубхи, панава, а также трубным звуком раковин. Ворвавшись на своих стремительных как ветер конях в ряды той рати, Кришна остановился в изумлении, видя, как войско твое истребляется Пандьей.

Тот превосходнейший стрелок из лука многообразными стрелами губил в битве скопища недругов, как Антака губит людей, пребывающих на смертном одре. Пронизывая острыми стрелами тела людей, коней и слонов, тот первейший из бойцов разлучал их с дыханием и телом. Разбивая своими стрелами всевозможное оружие, метаемое в него храбрейшими из неприятельских героев, Пандья насмерть разил врагов, словно Шакра — асуров.

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» четырнадцатая глава.