Карнапарва ГЛАВА 11

Санджая сказал:

И вот сын Дроны, наделенный небывалой стремительностью, являя изумительную ловкость в обращении с оружием, поразил оперенной стрелою Бхимасену, о царь! Затем он, славящийся проворством своих рук, знающий уязвимые места (человеческого тела), пронзил его, целя в самые средоточия Жизни, еще девятью десятками острых стрел. Бхимасена, усыпанный (вонзившимися в его тело) острыми стрелами сына Ароны, являл в той битве величественный вид, словно солнце, ощетинившееся лучами, о царь! Вот Пандава, окутав детище?

Дроны тысячью метко направленных в цель стрел, издал! боевой львиный клич! Но сын Дроны, отразив в той битве! стрелы его своими, затем, как бы в насмешку, поразил Пандаву железной стрелою в лоб. И эту стрелу, вонзившуюся в лоб, нес Пандава на своем челе, как разъяренный носорог в лесу несет свой рог, о царь! Потом доблестный Бхима тоже, как бы забавляясь, поразил сопротивляющегося ему изо всех сил сына Дроны тремя железными стрелами в лоб. И с этими стрелами во лбу являл собой тот брахман дивное зрелище, словно величественная гора с тремя пиками, омытая (ливнем) в пору дождей.

Вслед за тем еще сотнями стрел изранил Пандава сына Дроны, но все же не смог поколебать его, как ветер не в силах поколебать гору. И сын Дроны, горевший восторгом битвы, тоже не смог в той схватке сотнями острых стрел поколебать Пандаву, как не могут поколебать гору потоки ливня. Окутывая друг друга тучами грозных стрел, искусно передвигаясь на своих колесницах, те два отважных великоколесничных бойца, первенствующие в битве, являли дивный вид. Превосходнейшими стрелами терзали они друг друга, как два пылающих, солнца, чинящих светопреставление, опаляют друг друга своими лучами.

Изо всех сил нападая и обороняясь в той великой битве, оба они, не ведая страха, с великим усердием то атаковали, то защищались; те два великоколесничных бойца кружили по бранному полю, словно два страшных неодолимых тигра, чьи зубы — стрелы, чьи разверстые пасти — луки. Из-за множества повсюду летающих стрел оба стали невидимы, как солнце и месяц, заслоненные в небе скопищами туч; но вскоре те два утеснителя недругов вновь воссияли, подобно двум этим светилам, когда они вырвутся в небе из толщи облаков.

Вот сын Дроны совершил вокруг Врикодары объезд апа-савья и осыпал его сотнями грозных стрел, как (дождь поливает) гору потоками воды. Не мог потерпеть Бхима, что враг его являет тем самым как бы залог своей победы66; стал он противодействовать совершающему апасавью (Ашваттхаману), о царь! И между ними двумя, совершавшими средь великой битвы наступательные и понятные движения, в соответствии с (выполняемым в данный момент) элементом (колесничного) маневра, была там шумная схватка. Разъезжая в различных направлениях и по кругу, они разили друга друга стрелами, пущенными из напрягаемых до предела луков. Оба великоколесничных бойца прилагали все силы, чтобы убить друг друга, и каждый стремился в битве лишить другого его колесницы.

Затем великоколесничный боец, сын Дроны, явил взорам различное чудесное оружие; но все его в битве отразил своим оружием Пандава. И была тут, о великий царь, грозная битва всевозможного их оружия, подобная грозной битве планет, была при погибели всего живого. Стрелы, пущенные ими, сшибались друг с другом в воздухе, ярко озаряя стоящие повсюду войска и все стороны света, о бхарата! Поднебесье, заполненное множествами стрел, приняло ужасающий вид, как бывает при падении дождя пылающих комет в пору уничтожения всего живого, о царь! От ударов стрел друг о друга там возгорелось пламя с искрами и огненными языками, которое принялось пожирать оба войска, о бхарата!

И вот, о великий царь, сиддхи, слетевшиеся туда, сказали так: «Битва эта непомерно превосходит все прочие битвы! Все другие сражения не стоят и одной шестнадцатой доли этого! Подобной битвы нет, не было и не будет более! Сколь богаты оба они знаниями, сколь щедро наделены грозной доблестью! Сколь устрашающа мощь Бхимы, сколь оба искусны во владении оружием! Сколь стремителен этот герой, и как ловки они оба! Поистине, они стоят на поле брани, подобно двум Ямам-Губителям! Грозные обликом два этих мужа-тигра в битве подобны двум воплощенным Рудрам, или двум Солнцам, или двум Ямам!».

Вот такие слышались тогда то и дело возгласы сиддхов; а собравшиеся небожители, наблюдая чудесные, невиданные подвиги тех двух героев в сражении, издавали боевой львиный клич.

А те два героя в битве осыпали друг друга оскорблениями и пожирали расширившимися в ярости очами, о царь! От гнева глаза их покраснели, губы дрожали; в ярости они скрипели губами и прикусывали губы. Те два великоколесничных бойца покрыли друг друга ливнями стрел; стрелы их были в той бигве — как потоки воды, сверкание оружия — как блеск молний. Изорвав друг другу знамена, ранив колесничих и коней, о два великоколесничных бойца принялись затем разить друг друга.

Наконец, разгневанные, взяв средь великой битвы каждый по стреле, поспешно пустили они их друг в друга, о великий царь, ища друг другу смерти. И те две стрелы, неотразимые, сверкающие, стремительные, как ваджра, настигли тех двух стоявших во главе ратей героев и поразили обоих, о великий царь! И оба великих воителя, тяжко раненные теми стрелами, сокрушенные мощью друг друга, пали тогда на днища своих колесниц. Тут возничий, видя, что сын Дроны лишился сознания, вывез его из битвы на виду у всех кшатриев. А утеснителя недругов Пандаву, чье сознание то и дело Угасало, его возничий также вывез из битвы на колеснице.

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» одиннадцатая глава.