Навигация

Карна-парва глава третья.

Вайшампаяна сказал:

Услышав это, о великий царь, Дхритараштра, сын Амбики, достиг пределов отчаяния. В смятении представил он себе уже мертвым Суйодхану и рухнул на землю, словно теряющий сознание слон. Когда тот достойнейший царь, объятый смятением, пал наземь, раздался громкий горестный вопль жен его, о лучший из бхаратов! Тот звук повсеместно заполнил собой всю землю; жены (царя) бхараты погрузились в грозную пучину скорби! Гандхари и другие женщины гарема, подойдя к царю, о бык-бхарата, не владея собой, пали на землю. Тут принялся Санджая, о царь, ободрять тех слабых, не владеющих собой (женщин), в обилии источавших очами рожденную влагу. Но, несмотря на его утешения, те жены то и дело вновь начинали дрожать, словно банановые деревца во власти сотрясающего их ветра. Видуре же пришлось кропить водою владыку, коему мудрость служила единственным оком, царя-каураву, и утешать его.

Мало-помалу пришел царь в себя, но, глядя на своих жен, безмолвствовал, словно лишенный разума, о владыка народа! Долго пребывал он в раздумье, то и дело вздыхая, а затем принялся порицать сыновей своих, воздавая должное Пандавам. Порицал он решение, принятое им самим, а также Шакуни, сыном Субалы, и надолго погружался в размышления, поминутно сотрясаем дрожью.

Но обретя снова власть над своим сознанием, набравшись стойкости, скоро начал царь опять расспрашивать суту Санджаю, сына Гавальганы: «Я выслушал все, что поведал ты мне, о Санджая! Что же Дурьйодхана, о сута, — не ушел ли он уже в обиталище Ямы? Изложи мне вновь эту повесть по всей правде, о Санджая!».

На эти слова, о Джанамеджая, отвечал царю сута: «О царь, сражен Вайкартана вместе с сыновьями его, великоколесничными бойцами, вместе с братьями — великими лучниками с сынами сут, всегда готовыми в бою расстаться с жизнью! А Духшасана также был сражен славным Пандавой; движимый гневом, Бхимасена напился крови его на поле битвы!».

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» третья глава.

 

ГЛАВА 3

 

Вайшампаяна  сказал:

Услышав это, о великий царь, Дхритараштра, сын Амбики, достиг пределов отчаяния. В смятении представил он себе уже мертвым Суйодхану и рухнул на землю, словно теряющий сознание слон. Когда тот достойнейший царь, объятый смятением, пал наземь, раздался громкий горестный вопль жен его, о лучший из бхаратов! Тот звук повсеместно заполнил собой всю землю; жены (царя) бхараты погрузились в грозную пучину скорби! Гандхари и другие женщины гарема, подойдя к царю, о бык-бхарата, не владея собой, пали на землю. Тут принялся Санджая, о царь, ободрять тех слабых, не владеющих собой (женщин), в обилии источавших очами рожденную влагу. Но, несмотря на его утешения, те жены то и дело вновь начинали дрожать, словно банановые деревца во власти сотрясающего их ветра. Видуре же пришлось кропить водою владыку, коему мудрость служила единственным оком, царя-каураву, и утешать его.

 

Мало-помалу пришел царь в себя, но, глядя на своих жен, безмолвствовал, словно лишенный разума, о владыка народа! Долго пребывал он в раздумье,  то и дело вздыхая,  а затем принялся порицать сыновей своих, воздавая должное Пандавам. Порицал он решение, принятое им самим, а также Шакуни, сыном Субалы, и надолго погружался в размышления, поминутно  сотрясаем  дрожью.

 

 Но   обретя  снова  власть  над своим   сознанием,   набравшись   стойкости,   скоро   начал   царь опять расспрашивать суту Санджаю, сына Гавальганы: «Я выслушал все, что поведал ты мне, о Санджая! Что же Дурьйодхана, о сута, — не ушел ли он уже в обиталище Ямы? Изложи мне вновь эту повесть по всей правде, о Санджая!».

 

На эти слова, о Джанамеджая, отвечал царю сута: «О царь, сражен Вайкартана вместе с сыновьями его, великоколесничными   бойцами,   вместе   с   братьями — великими   лучниками с сынами сут, всегда готовыми в бою расстаться с жизнью! А Духшасана также был сражен славным Пандавой; движимый гневом, Бхимасена напился крови его на поле битвы!».

Такова в «Книге о Карне» великой «Махабхараты» третья глава.