Адипарва Глава 123

Вайшампаяна сказал:

Между тем Арджуна проявлял большое усердие в служении учителю и прилагал крайние старания, чтобы (овладеть) военным искусством. И он сделался любимцем Дроны. Тогда Дрона позвал повара и сказал ему наедине: «Ты никогда не должен давать Арджуне пищу в темноте».174 Как-то однажды, когда Арджуна ел, поднялся ветер и погасил горевшую лампу. Но Арджуна продолжал есть пищу, и рука величавого от постоянного принятия пищи не отклонялась от его рта. Решив, что это происходит от привычки, пандава стал упражняться в стрельбе и ночью. И Дрона услышал звук его тетивы, о Бхарата! Встав, он подошел к нему и, обняв его, сказал: «Я постараюсь сделать так, что не будет в мире другого держателя лука, равного тебе, говорю тебе правду». Затем Дрона стал обучать Арджуну искусству сражаться на колесницах и на слонах, на конях и на земле. Дрона обучил пандаву сражаться мечом и палицей, метать копья и дротики, а также действовать при смешанных сражениях.

Увидя его искусство, цари и царевичи, желавшие овладеть военной наукой, тысячами стекались туда. Затем, о махараджа, к Дроне явился Экалавья, сын Хираньядхануса, царя нишадов. Но он, знаток закона, подумав «это нишадец», не принял его к себе в ученики по стрельбе из лука из уважения к своим (ученикам). А тот укротитель врагов, припав головой к стопам Дроны, удалился в лес. Сделав из глины изображение Дроны и оказывая ему как учителю высокие почести, он стал сосредоточенно заниматься стрельбой из лука, проявляя большое усердие. Исполненный высочайшей веры и глубокого напряжения он достиг наивысшего искусства накладывать стрелу, прицеливаться и пускать ее.

И вот однажды с разрешения Дроны все кауравы и пандавы, сокрушители врагов, выехали на колесницах на охоту. Случайно, о царь, за пандавами последовал тогда один какой-то человек, взяв с собою (охотничьи) принадлежности и собаку. И когда все они бродили там, желая исполнить каждый свое дело, собака та, беспечно рыща в лесу, набрела на нишадца. Заметив нишадца, черного (видом), с телом, вымазанным грязью, со шкурой черной антилопы (на плече), собака с лаем остановилась неподалеку от него. Тогда он, показывая ловкость во владении оружием, выпустил, как будто разом, семь стрел в пасть лающей собаки. А собака с пастью, наполненной стрелами, пришла к пандавам. Увидев ее, доблестные пандавы пришли в крайнее изумление. И при виде такой высокой ловкости попадания в (цель) по звуку, они все устыдились и прославили (искусство нишадца). Затем пандавы стали разыскивать в лесу того (стрелка) и увидели, о царь, обитателя лесов, беспрерывно выпускавшего стрелы. И, не узнав его, безобразного на вид, они спросили его: «Кто ты и чей ты будешь?».

Экалавья сказал:

Узнайте во мне, о герои, сына Хираньядхануса, повелителя нишадов, и ученика Дроны, изучившего науку владения луком.

Вайшампаяна сказал:

Узнав, что это действительно был он, пандавы потом вернулись и рассказали Дроне все о чудесном происшествии. А Арджуна, сын Кунти, о царь, размышляя об Экалавье, учтиво сказал так Дроне, встретившись с ним наедине: «Ведь (как-то однажды), обняв меня, когда я был один, ты сказал мне с любовью такое слово: ,,Не будет у меня ученика, лучшего, чем ты". Но почему же тогда у тебя есть еще другой ученик, могучий сын царя нишадов, который превосходит меня и даже (всех) в мире?».

Дрона же, подумав с минуту, принял решение и, взяв с собою Савьясачина, отправился к нишадцу. И он увидел Экалавью, с телом, покрытым грязью, со сложенными как у отшельника волосами, одетого в лохмотья, с луком в руке и беспрерывно выпускающего стрелы. А Экалавья, завидев приблизившегося Дрону, подошел к нему и, обняв (его ноги), припал головой к земле. И, как надлежит, почтив Дрону, тот нишадец объявил себя учеником его и остановился перед ним, сложив почтительно ладони. Тогда Дрона, о царь, сказал Экалавье такое слово: «Если ты мой ученик, то немедленно уплати мне плату». Экалавья же, услышав то, довольный сказал так: «Что же я должен дать, о великий! – пусть прикажет учитель. Ведь у меня нет ничего такого, чего нельзя было бы отдать учителю, о лучший из знатоков вед!». Ему отвечал (Дрона): «Отдай же мне большой палец твоей правой руки». И Экалавья, всегда преданный справедливости, держа свое обещание, с веселым лицом и неопечаленной душой отрезал, не раздумывая, свой большой палец и отдал его Дроне. Вслед за этим нишадец (остальными) пальцами натянул (лук), но он уже не был так быстр, кaк прежде, о владыка мужей! И тогда Арджуна обрадовался всей душой и стал свободен от лихорадки ревности. А Дрона оказался верным своему слову: никто другой не мог превзойти Арджуну.

Среди кауравов два ученика Дроны, Дурьйодхана и Бхима, предавались особенно упражнениям на палицах. Ашваттхаман превосходил во всех тайнах (применения оружия), а оба близнеца превзошли других мужей умением владеть мечом. Юдхиштхира же был наилучшим из бойцов на колеснице, но во всех отношениях отличался Дхананджая. Благодаря уму, усердию, силе и настойчивости в упражнениях во всех видах оружия пандава прославился (по всей земле) до самих границ океана как вожак вожаков колесниц. В военной (науке) и в преданности учителю Арджуна превосходил всех. Хотя наставления (учителя) по части оружия были (для всех) одинаковы, могучий Арджуна, благодаря одаренности, один среди всех царевичей сделался воином-атиратхом. А коварные сыновья Дхритараштры не выносили Бхимасену, превосходившего (всех) силою, и Дхананджаю, овладевшего военным искусством, о владыка мужей!

Однажды Дрона, желая удостовериться в том, (как его ученики) овладели оружием, созвал их всех, сведущих во всех науках, о бык среди мужей! И, велев поместить на вершину дерева искусственного ястреба, сделанного мастерами без ведома царевичей, он указал им на него как на цель.

Дрона сказал:

Все вы быстро возьмите свои луки и станьте здесь. Возложив (на тетиву) стрелы, цельтесь в этого ястреба. По моей команде голова его должна быть снесена. Каждому из вас я дам команду, действуйте же так, сынки!

Вайшампаяна сказал:

Тогда (Дрона), лучший из потомков Ангираса, сказал первому (из них) – Юдхиштхире: «Возложи стрелу, о неприступный, и по моей команде пусти ее». И вот Юдхиштхира, по приказу учителя, первым взял лук, издававший большой шум, и стал целиться в ястреба. И через минуту, о бык из рода Бхараты, Дрона сказал такие слова тому потомку кауравов, держащему натянутый лук: «Видишь ли ты этого ястреба на вершине дерева, о сын лучшего из мужей?». – «Вижу», – ответил учителю Юдхиштхира. Но через минуту Дрона опять спросил его: «А видишь ли сейчас это дерево, меня и братьев?». – «Вижу это дерево и тебя, и братьев, и ястреба», – отвечал ему снова сын Кунти. И Дрона, недовольный в душе, сказал тогда ему с укором: «Отойди же, непосильно тебе пронзить эту цель». Затем великославный он, желая удостовериться в (знаниях учеников), вопросил таким же порядком сыновей Дхритараштры, начиная с Дурьйодханы, Бхиму и других учеников, а также царевичей, явившихся из других стран. И все они отвечали (Дроне): «Мы видим все это», и были осуждены им.

Тогда Дрона с улыбкой обратился к Дхананджае: «Теперь ты должен поразить эту цель, смотри же внимательно. По моей команде ты должен выпустить стрелу. Натяни лук, о сын, и стой пока с минутку». Когда так было сказано, Савьясачин, по слову учителя, стал с натянутым луком, смотря пристально в цель. И через минуту Дрона обратился к нему: «Видишь ли ты этого ястреба и дерево, а также меня?». – «Вижу этого ястреба, – отвечал Дроне Партха, о Бхарата, – но не вижу ни дерева, ни тебя». Тогда неприступный Дрона, довольный в душе, через минуту снова спросил наилучшего героя среди пандавов: «Если ты видишь этого ястреба, то скажи еще слово». – «Вижу только голову ястреба, но не тело», – отвечал тот. И Дрона, у которого от восторга волоски поднялись на теле, услышав, что ответил Арджуна, сказал Партхе: «Стреляй!» И тот выпустил (стрелу), не раздумывая. И в мгновение срезав острым наконечником стрелы голову того ястреба, помещенного на дереве, пандава сбил ее на землю. И когда подвиг тот успешно был исполнен, (Дрона) обнял пандаву и стал считать уже побежденным в бою Друпаду вместе с его сообщниками.

Спустя некоторое время (Дрона), лучший из потомков Ангираса, вместе с учениками отправился к Ганге совершить омовение, о бык из рода Бхараты! И когда Дрона погрузился в воду, его схватил за ногу могучий крокодил, обитавший в воде, движимый своей смертью. И хотя он сам был в состоянии освободиться от него, он вызвал на это всех своих учеников, торопя их: «Убейте крокодила и освободите меня». И, по его повелению, Бибхатсу пятью острыми, неотвратимыми стрелами убил крокодила, погруженного в воду. Другие же в это время смутились и остались каждый на своем месте. Убедившись, что пандава тот вполне подготовлен действовать, Дрона подумал о нем как о выдающемся среди всех учеников и возрадовался тогда душою. А крокодил, рассеченный на множество частей стрелами Партхи, принял свою смерть, выпустив ногу благородного (риши). Тогда сын Бхарадваджи сказал благородному и могучему воину, сражающемуся на колеснице: «Возьми, о могучерукий, это необыкновенное и совершенно неотразимое оружие, именуемое „брахмаширас", вместе с правилами его метания и возвращения. Но оно никогда не должно применяться тобою против людей, ибо, брошенное в малосильного, оно может сжечь весь мир. Об этом оружии говорят, о сын, что оно не имеет себе равного в трех мирах; поэтому содержи его осторожно и внемли этим моим словам: если какой-нибудь нечеловеческий враг нападет на тебя, о герой, то для поражения его применяй в сражении это оружие». И Бибхатсу с почтительно сложенными ладонями дал ему обещание, сказав «хорошо», и взял то высочайшее оружие. И ему снова молвил учитель: «Ни один муж в мире, владеющий луком, не будет равным тебе!».

Так гласит глава сто двадцать третья в Адипарве великой Махабхараты.

КОНЕЦ СКАЗАНИЯ О ПРОИСХОЖДЕНИИ (ТВОРЕНИЙ)

 

Адипарва - первая из книг Махабхараты. Читая Адипарву вы ознакомитесь с кратким содержанием всех книг Махабхараты, а также узнаете много о завязке и причинах одной из самых масштабных братоубийственных войн. Книга поведает вам множество поучительных сказаний таких как Сказание об Астике, Сказание о СВАЯМВАРЕ ДРАУПАДИ и конечно же Сказание о убийстве хидимбы ракшаса.